Судебная практика по ч1 ст111 ук рф

Опубликовано admin в

Некоторые проблемные аспекты ст. 111 УК РФ и направления их решения

Бурзыков Валерий Анатольевич
Магистрант БГУ, Россия,
г. Иркутск
E-mail: [email protected]
Научный руководитель: Жмуров Дмитрий Витальевич
к.юр.н., доцент.
Кафедра уголовного права, криминологии и уголовного процесса
Россия, г. Иркутск

В реалиях развития современного общества на первое место выходит охрана самого ценного из имеющихся благ — жизни и здоровья человека. В российской Конституции говорится о том, что любой человек имеет право на жизнь (ст. 20), а также на охрану своего здоровья и оказание медпомощи (ст. 41) [1]. Таким образом, первостепенная роль отводится нормам уголовного закона, решающим задачи по охране жизни и здоровья личности используя свои специфические методы, при помощи формулирования признаков составов преступлений направленных против жизни и здоровья человека и, в конечном счёте, устанавливает строгие санкции за их совершение.

Справедливо заметим, что в современных переходных условиях развития нашего государства практически незащищенными оказались нравственные устои российского общества, которые формировались в течение многих столетий [6, с. 237]. Тяжкие телесные повреждения наносимые виновным умышленно выступают одними из главных в ряду опасных насильственных посягательств направленных на здоровья и жизнь человека. К сожалению, как показывает практика совершенных преступлений по нанесению умышленного тяжкого вреда здоровью, данный вид преступных посягательств против личности устойчиво растёт в последнее время.

Обращаясь к истории изучения телесных повреждений, хочется отметить, что многие юристы XIX — начала XX в. раскрывали в своих трудах данное явление. Так, к примеру, такие юристы как Н.С. Таганцев [9], С.В. Познышев [8], И.Я. Фойницкий [12] (а также др. криминалисты) рассматривали вопросы, касающиеся понятия телесных повреждений, их классификации, а также разграничения от других смежных составов. Анализ генезиса института развития уголовной ответственности за причинение тяжкого вреда здоровью человека показывает, что данное преступное деяние прошло в своем развитии немалый путь, начавшийся с нечётких попыток просто объяснить данное явление и закончившееся стабильным обобщенным описания различных составов преступлений в современном российском уголовном законодательстве.

В настоящее время, в уголовно-правовой литературе, дискуссия по поводу такого явления как «телесное повреждение» всё ещё продолжается. Понятие «телесного повреждения» законодателем не используется в Уголовном кодексе РФ [2]. Между тем, оно не только не потеряло своего значения, а, среди прочего, опять стало использоваться в законодательстве, чему свидетельством выступает судебная практика. Далеко не все авторы сходятся в точке зрения о том, что понятие «телесные повреждения» должно быть в числе признаков характеризующее умышленное причинение вреда здоровью. К примеру, А.Н. Красиков пишет, что УК РФ отказался от понятия «телесное повреждение» «совершенно справедливо» [5, с. 120]. Между тем, часть учебников по уголовному праву, комментарии к УК РФ, изданных в последние годы, дают нам основание говорить о том, что термин «телесные повреждения» остался и в теории уголовного права.

Умышленное причинение виновным тяжкого вреда здоровью потерпевшего выступает как одно из самых опасных преступных деяний против здоровья человека. Законодатель отнёс его к категории тяжких преступлений, а если присутствуют особо отягчающие обстоятельства, то оно уже попадает в категорию особо тяжких преступлений. Исключительная общественная опасность рассматриваемого вида преступления состоит в тяжести, собственно, осуществляемого деяния и как следствие — наступивших последствий, а также в крайне широкой распространенности таких деяний. Субъект преступления, который, умышленно причинил тяжкий вред здоровью потерпевшего, на деле осуществляет посягательство на одно из самых ценных достоинств человека — его здоровье, причиняя тем самым потерпевшему непоправимый урон [5, с. 125]. На практике выделяют следующие два способа, которыми может быть нанесён вред здоровью: во-первых, опасный для жизни, а во-вторых, не опасный для жизни, однако, имеющий выражение во вполне конкретных последствиях, нашедших своё отражение в законе. Законодатель опасными для жизни человека признаёт такие виды нанесённого вреда здоровью, угрожающие, сами по себе, жизни потерпевшему в момент их нанесения, и, которые могут, как заканчиваться смертью либо создавать вполне реальную угрозу для жизни и здоровья потерпевшего, при обычном их течении, абсолютно независимо от конечного результата. Особенность данного вреда здоровью потерпевшего заключается в его опасности для жизни человека непосредственно в момент причинения (т.е. нанесения вреда), а не по прошествии определенного периода времени.

Социальная сущность преступления, которое предусмотрено ч. 4 ст.111 УК РФ, заключается в том, что субъект посягает на здоровье гражданина умышленно, а это, в свою очередь, является причиной наступление смерти. Абсолютное большинство преступлений, которые предусмотрены особенной частью УК РФ, сопряжены с воздействием на субъект общественных отношений. Это относится не только к преступлениям, которые предусмотрены разделом «Преступление против личности», но также и к преступлениям направленным против собственности, против общественной безопасности, а также против здоровья населения [3, с. 21].

Преступное деяние выступает наиважнейшим элементом характеризующим объективную сторону преступления, поскольку без него невозможно выделить последовательно идущие звенья характеризующие объективную сторону, которыми выступают, во-первых, причинная связь, а во-вторых преступный результат. Как показывают уголовные дела, рассматриваемые судебной практикой, в более чем 90% случаев, физическое воздействие выступает главной среди форм по внешнему выражению неких действий, приведших, в конечном счёте, к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшему, в т. ч. и повлекшему его смерть.

Рассматривая совокупность объективных признаков состава преступления состоящего в умышленном причинения тяжкого вреда здоровью, необходимо особе внимание уделить собственно личности потерпевшего. Вместе с исследованием социальных и психологических качеств, которыми обладает потерпевший, существенное значение также придаётся и виктимологическим аспектам.

Виной, выраженной в форме умысла, характеризуется субъективная сторона рассматриваемого нами преступного деяния. Иными словами, виновный в совершении преступного деяния осознает, что совершая свои действия он осуществляет преступное посягательство на здоровье потерпевшего, при этом предвидя возможность либо неизбежность наступления неких общественноопасных последствий (выраженных в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего) и, в конечном счёте, желает наступления этих последствий. Умысел со стороны виновного, во-первых, может являться конкретизированным, во-вторых — неконкретизированным [10, с. 57]. Юридическая литература различает и отделяет прямой умысел от косвенного умысла. Также в ней выделяются и другие виды умысла: в зависимости от момента формирования; в зависимости от уровня конкретизации преступником своих преступных деяний и возможных к наступлению последствий.

Анализ содержания признаков, по которым возможно квалифицировать умышленное причи­нение тяжкого вреда здоровью в со­четании с существующими потребно­стями отечественной судебной практики даёт возможность определить некоторые правоприменительные и правотворческие проблемы. К данным проблемам мы можем, прежде всего, отнести следующие:

— раскрытие сути понятия «близкие лица лицу, которое осуществляет служеб­ную деятельность либо которое выполняет общественный долг»;

— со относимость понятий «издевательства», «особая жестокость», а также «му­чения и пытки»;

— установление критерия, по которому можно определить заведомость для виновного беспомощного состояния лица (потерпевшего);

— разграничение признаков, по которым возможно квалифицировать умышленное причи­нение тяжкого вреда здоровью, которое преду­смотрено п.«а» ч.3 ст.111 УК РФ, на совершение этого преступления, с одной стороны, группой лиц либо группой лиц по предварительному сговору и, с другой, — организованной преступной группой.

В соответствии с Постановлением Пленума ВС РФ № 1 от 27.01.1999 г. «О судебной практике по делам об убий­стве (ст.105 УК РФ)» [13], к близким по­терпевшему лицам можно отнести, близких родственников, лиц, которые состоят с ним в близком родстве либо свойстве, а также лиц, жизнь, здоро­вье и благополучное состояние которых заведомо, для виновного в преступном деянии, дороги потерпевшему из-за сложившихся жизненных личных отноше­ний. Между тем, к примеру, Э.Ф. Побегайло к близким родственникам лица, которое осуществляет служебную дея­тельность либо выполняет обще­ственный долг, отнесены граждане, которые состоят с ним лишь в кровном родстве, а к иным родственникам — те лица, которые находятся с ним в юридическом родстве [7]. Между тем, приведённое выше правопонимание прямо противоречит положениям п.4 ст. 5 УПК РФ и разъяснениям которые были даны Пленумом ВС РФ, согласно которых к близким родственникам относятся: супруги (муж и жена), родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дедушки, бабушки, внуки и внучки. Следовательно, мы может отметить, чтов данном случае присутствует некая пробельность при определении и толковании данной уголовно-правовой дефиниции. Для достижения цели по устранению данной правовой неопределенности в этом вопросе, и для того, чтобы обеспечить единообразие как следственной, так и судебной практики целесообразным решением является, во-первых, корректировка определения «близкие» нижеприведённым образом: «к близким лицам гражданина, который осуществляет служебную деятельность либо выполняет общественный долг, вместе с близкими родственниками, могут быть отнесены также и лица, здоровье, жизнь, а также благополучие которых, безусловно для виновного дороги лицу, которое осуществляет служебную деятельность либо выполняет общественный долг, в силу сложившихся межличных отношений», а во-вторых, необходимость предусмотреть данную корректировку в законе. Поэтому, необходимо, либо, произвести дополнение ст.105 УК РФ, в которой описанное выше понятие употребляется впервые в УК РФ, примечанием, которое содержит расшифровку понятия «близкие», либо в соответствующих нормах произвести замену слова «близкие» следующим словосочетанием «близкие родственники, а также иные лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного являются дороги потерпевшему в силу сложившихся межличных отношений».

Проблема определения того, как между собой соотносятся понятия «особая жестокость», «издевательство», «мучения и пытки» состоит в том, что все они, прежде всего, выступают как оценочные, пересекающиеся, и таким образом, частично дублирующие друг друга. При доктринальном толковании вышеназванные понятия, которые были введены законодателем для того, чтобы выступить в виде квалифицирующих признаков, раскрываются при помощи описания, но никак не определения. К примеру, говориться о том, что «особая жестокость, как правило, проявляется и в способе действий виновного в преступном деянии, и в иных обстоятельствах, которые свидетельствуют о проявлении особой жестокости. Под понятие „особая жестокость“ попадают и такие случаи, в результате которых, при осуществлении преступных посягательств к потерпевшему лицу применяются мучения, пытки и истязания, а также любые другие способы воздействия, результатом которых является причинение потерпевшему особых страданий (к примеру, нанесение множества телесных повреждений, прижигание тела огнём либо током, продолжительное по времени лишение пищи либо воды и т.д.)» [11, с. 121]. Оценка характеристик рассмотренных понятий в литературе по юриспруденции, высказанных учеными, делает возможным сформировать вывод о том, что суть особой жестокости фактически одна и та же для абсолютно всех насильственных преступлений, в которых особая жестокость выступает именно обстоятельством, которое отягчает наказание. Вследствие этого, мы можем полностью согласиться с точкой зрения, высказанной П.Ю. Константиновым [4, с. 8] о том, что необходимо исключить упоминание издевательства, мучения и садизма из п.«и» ч.1 ст.63 и п.«б» ч.2 ст.111 УК РФ, т.к. обобщающим понятием особой жесткости связаны все перечисленные элементы.

Беспомощное состояние потерпевшего свидетельствует нам о том, как виновный относился к потерпевшему (т.н. субъективная характеристика совершенного преступления). В литературе по юриспруденции учёными высказывается мнение о том, что существует возможность учета состояния беспомощности потерпевшего вследствие тяжелого опьянения (алкогольного, наркотического или лекарственного), обморока либо сна как квалифицирующего признака, однако, до сих пор какой либо единообразной практики судов и следственных органов по этому аспекту нет. Единство мнений по рассматриваемому проблемному вопросу отсутствует и в среде ученых-криминалистов. Во всяком случае, бесспорным является лишь одно обстоятельство, а именно — отношение субъекта совершенного преступления к своему деянию. Для того, чтобы квалифицировать совершенное преступное деяние по п.«б» ч.2 ст.111 УК РФ виновный обязательно должен был осознавать беспомощное состояние потерпевшего. Здесь необходимо сделать акцент на том, что законодателем в самой норме говорится о том, что виновный должен был быть заведомо осведомлён о беспомощном состоянии потерпевшего, т.е. указанная беспомощность состояния должна стать явной для виновного ещё до начала осуществления объективной стороны данного вида преступления. В ином же случае, к примеру, когда беспомощность потерпевшего наступила в процессе совершения преступления, действия виновного никак не могут квалифицироваться по п.«б» ч.2 ст.111 УК РФ.

Предусмотренный п.«а» ч.3 ст.111 УК РФ, признак по которому квалифицируется умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, при рассмотрении преступных деяний следует разделять на совершение данного преступления, во-первых, группой лиц либо группой лиц по предварительному сговору, а во-вторых, организованной преступной группой, причём последнее обладает наибольшей степенью общественной опасности в части умышленного причинения тяжкого вреда здоровью человеку, что признаётся и самим законодателем. Это обусловлено теми обстоятельствами, что, с одной стороны, в абсолютном большинстве норм содержащихся в Особенной части УК РФ, предусматривающих совершение преступления организованной преступной группой, данный признак выделяется как отдельный и особо квалифицирующий признак, в то время, как совершение преступного деяния группой лиц либо группой лиц по предварительному сговору выступает только как квалифицирующий признак составов тех же видов преступлений; а с другой стороны, исполнителями (а равно и соисполнителями) преступлений, которые совершены группой лиц либо группой лиц по предварительному сговору, на практике могут быть признаны только те лица, которые участвовали непосредственно в самом процессе совершения преступления, а исполнителями (а равно и соисполнителями) преступления, которое было совершено организованной преступной группой, — все лица, которые являются членами данной группы, участвующие не только в непосредственном совершении, но также и в подготовке или организации данного преступления, а также руководящие им. Таким образом, мы считаем, что признак, который состоит в совершении преступления совершенной организованной преступной группой, необходимо предусмотреть в ч.4 ст.111 УК РФ, попутно исключив его из п.«а» ч.3 ст.111 УК РФ.

Представляется, что внесение предложенных изменений в ст.111 УК РФ на практике будет способствовать повышению эффективности правосудия и обеспечению полного единообразия судебной практики по делам об умышленном причинении вреда здоровью.

Список используемых источников

  1. Конституция РФ (принята всенародным голосованием 12.12.1993) // СЗ. 2014. № 31. ст. 4398.
  2. УК РФ РФ: ФЗ от 13.06. 1996 г . № 63-ФЗ (в ред. от 06.07.2016 № 375-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. № 25. ст. 2954.
  3. Иванцова Н. В. Насилие против личности в уголовном законодательстве / Под ред. Шишова О. Ф. Чебоксары, 2003. 120 с.
  4. Константинов П.Ю. Влияние жестокости преступного поведения на квалификацию убийства // Законность. 2001. № 9. С. 7-10.
  5. Красиков А.Н. Преступления против личности: учеб. Саратов: Саратовский университет, 1999. 342 с.
  6. Осокин Р.Б. О необходимости разработки концептуальных основ противодействия преступлениям против общественной нравственности // Вестник Тамбовского университета. Серия Гуманитарные науки. Тамбов. 2011. Вып. № 3 (№ 95). С. 236-239.
  7. Побегайло Э.Ф. Избранные труды. — СПб: Юридический центр Пресс, 2008. 1066 с.
  8. Познышев С.В. Основныя начала науки уголовнаго права: Общая часть уголовнаго права. М.: Издание А.А.Карцева, 1912. 653 с.
  9. Таганцев Н.С. Русское уголовное право: Лекции. Часть общая. Т. 1. СПб.: Гос. Тип., 1902. 823 с. Репринтная копия
  10. Тищенко Е.В. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика умышленного причинения тяжкого вреда здоровью: Дис. . канд. юр. наук. Ростов н/Д, 2001. 145 с.
  11. Уголовное право. Особенная часть: учеб. / Под ред. А.И. Чучаева. М.: Проспект, 2015. 548 с.
  12. Фоницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 1. / Под ред. А.В. Смирнова СПб.: Альфа, 1996. 607 с.
  13. О судебной пра ктике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ): Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 г. № 1 // Бюллетень ВС РФ. 1999. № 3. С. 2-5.

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью — судебная практика

МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 октября 2015 г. N 22-6109/15

Судья Бондарев А.В.

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:
председательствующего судьи Пешкова М.А.,
судей Алябушевой М.В., Савиловой О.И.,
с участием гос. обвинителя — прокурора апелляционного отдела прокуратуры Московской области Чебыкина В.Н.,
осужденного А. в режиме видеоконференц-связи,
защитника адвоката П.Р.Б.,
потерпевшего У.
при секретаре Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании 6 октября 2015 года апелляционные жалобы адвокатов П.А.А., П.М.А. в защиту осужденного А. на приговор Ступинского городского суда Московской области от 6 июля 2015 года, которым А., года рождения, уроженец , гражданин РФ, ранее не судимый, осужден по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Этим же приговором за потерпевшим У. сохранено право на возмещение материального ущерба и компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства.
Заслушав доклад судьи Алябушевой М.В., выступление осужденного А. в режиме видеоконференц-связи и его защитника адвоката П.Р.Б., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение гос. обвинителя — прокурора апелляционного отдела прокуратуры Московской области Чебыкина В.Н., об изменении приговора и снижении назначенного наказания, потерпевшего У. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

А. признан виновным в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при обстоятельствах изложенных в приговоре.
В ходе судебного разбирательства А. полностью признал себя виновным, согласилась с предъявленным обвинением, приговор постановлен без проведения судебного разбирательства.
В апелляционной жалобе адвокат П.А.А. просит изменить приговор, назначить осужденному наказание с применением ст. 73 УК РФ, либо снизить размер назначенного наказания. Ссылаясь на требования ст. 60, ст. 73 УК РФ, а также установленные приговором смягчающие наказание обстоятельства — наличие малолетнего ребенка, признание вины и раскаяние в содеянном, добровольное погашение ущерба в пользу фонда медицинского страхования, отсутствие отягчающих обстоятельств, данные о личности осужденного, который ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, положительно характеризуется по месту жительства и работы, считает возможным исправление А. без изоляции от общества. Отмечает, что потерпевший в момент совершения преступления также находился в состоянии алкогольного опьянения. Указывает, что осужденный после совершения преступления принял меры к добровольному возмещению ущерба, и иные меры, направленные на заглаживание вреда, поскольку родители осужденного направили потерпевшему письмо с просьбой принять рублей.
В апелляционной жалобе адвокат П.М.А. в защиту осужденного А., приводя доводы, аналогичные доводам адвоката П.А.А., считает необоснованным неприменение судом ст. 64 УК РФ, полагая, что А. активно способствовал раскрытию и расследованию преступления. Считает, что суд не учел поведение обвиняемого до совершения преступления, обстоятельства характеризующие личность — положительные характеристики с места работы, ведение нормального образа жизни, неоднократные обращения к потерпевшему с просьбой о прощении и намерении возместить ущерб. Полагает, что наказание является несправедливым и исправление осужденного возможно без изоляции от общества с применением ст. 73 УК РФ.
В возражениях на апелляционные жалобы потерпевший У. и гос. обвинитель старший помощник Ступинского городского прокурора Зелова Т.В. просят приговор оставить без изменения, полагая его законным, обоснованным и справедливым.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему выводу.
Уголовное дело в отношении А. судом рассмотрено в порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ и с соблюдением требований и условий, предусмотренных ст. ст. 314 и 316 УПК РФ.
Виновность А. в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждена материалами дела, при этом ни одна из сторон не возражала о рассмотрении дела в особом порядке.
Действия А. правильно квалифицированны по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
При назначении наказания А. судом обоснованно учтены характер и степень общественной опасности содеянного; фактические обстоятельства дела; данные о личности А., который ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства жалоб и заявлений не поступало, по месту работы характеризуется положительно; смягчающие наказание обстоятельства — наличие на иждивении малолетнего ребенка, полное признание вины, раскаяние в содеянном, добровольное возмещения ущерба в пользу фонда медицинского страхования; отсутствие отягчающих наказание.
В то же время, при назначении наказания А. суд не в полной мере выполнил требования ч. 3 ст. 60 УК РФ, поскольку не установил все смягчающие наказание обстоятельства.
Как следует из материалов уголовного дела 13.04.15 А. было дано чистосердечное признание о совершенном им преступлении в отношении У. (л.д. 9 т. 2). Указанное заявление А. отвечает требованиям ст. 142 УПК РФ и по своей сути является явкой с повинной, что в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ должно быть признано смягчающим наказание обстоятельством.
Вместе с тем, на л.д. 43 в т. 2 имеется письмо в адрес потерпевшего, в котором родители А. просят принять рублей в счет возмещения ущерба, а также приносят извинения, что свидетельствует о совершении иных действий направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему и в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ должно быть признано смягчающим наказание обстоятельством.
Однако, вопреки положениям п. п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 11.01.07 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», указанные обстоятельства не были учтены судом первой инстанции в качестве смягчающих, в то время как их непризнание также не мотивировано в приговоре.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает необходимым признать смягчающими наказание А. обстоятельствами явку с повинной и иные действия направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, и на основании ч. 1 ст. 62 УК РФ при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств снизить назначенное А. наказание.
Иных смягчающих наказание А. обстоятельств, как об этом поставлен вопрос в апелляционных жалобах, судебная коллегия не усматривает.
Ссылка в апелляционных жалобах на нахождение потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения никоим образом не свидетельствует о незаконности приговора.
Согласно ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельства характеризующие личность А., с том числе положительные характеристики с места работы, ведение нормального образа жизни, не предусмотрены в качестве обстоятельств, смягчающих наказание. В силу ч. 2 ст. 61 УК РФ они могут учитываться судом при назначении наказания в качестве смягчающих обстоятельств, что является правом, а не обязанностью суда.
Суд первой инстанции не нашел оснований для признания указанных обстоятельств смягчающими, в то время как о наличии положительных характеристик и ведения нормального образа жизни было известно суду и они приняты во внимание при назначении А. наказания.
При этом, оснований для признания в качестве смягчающего наказание А. обстоятельства — активного способствования раскрытию и расследованию преступления, у суда первой инстанции не имелось и таковых оснований не находит и судебная коллегия.
Судом первой инстанции не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в связи с чем, не имелось основания для назначения наказания в соответствии со ст. 64 УК РФ ниже низшего предела, таковых оснований не находит и судебная коллегия.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, назначение осужденному наказания в виде реального лишения свободы является достаточно мотивированным и оснований не согласиться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку оснований для применения А. ст. 73 УК РФ у суда первой инстанции не имелось и таковых оснований не усматривает судебная коллегия.
Вид исправительного учреждения осужденному определен в соответствии с требованиями ст. 58 ч. 1 УК РФ и изменению не подлежит.
Гражданский иск потерпевшего рассмотрен в строгом соответствии с требованиями закона и оснований для отмены или изменения приговора в этой части, судебная коллегия не находит.
Существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену приговора, судебной коллегией не установлено, вместе с тем, приговор подлежат изменению в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания по вышеприведенным основаниям.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

Приговор Ступинского городского суда Московской области от 6 июля 2015 года в отношении А. изменить.
Признать смягчающими наказание обстоятельствами: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явку с повинной, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.
Снизить назначенное А. по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ наказание до 2 (двух) лет 5 (пяти) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
В остальной части приговор оставить без изменения.
Апелляционные жалобы адвокатов П.А.А. и П.М.А. удовлетворить частично.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационную инстанцию Московского областного суда.

Судьи
М.В.АЛЯБУШЕВА
О.И.САВИЛОВА

ПРЕЗИДИУМ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

Президиум Московского городского суда в составе:
Председательствующего: Колышницыной Е.Н.
и членов Президиума: Паршина А.И., Дмитриева А.Н., Тарасова В.Ф., Васильевой Н.А., Курциньш С.Э.
рассмотрел уголовное дело по надзорной жалобе адвоката в защиту интересов осужденного Э. о пересмотре приговора Останкинского районного суда города Москвы от 7 июня 2007 года и кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 сентября 2007 года.

Приговором Останкинского районного суда города Москвы от 7 июня 2007 года
Э., 6 сентября 1979 года рождения, уроженец г. Москвы, гражданин РФ, холостой, с высшим образованием, не работающий, ранее не судимый,
осужден:
— по п. п. «а», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 5 годам лишения свободы, с лишением права занимать должности, связанные с охранными функциями, властно-распорядительными полномочиями и заниматься аналогичной деятельностью в государственных, муниципальных организациях и предприятиях любой формы собственности сроком на 1 год;
— по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 4 годам лишения свободы и на основании ст. 48 УК РФ по данной статье Э. назначено дополнительное наказание в виде лишения его специального звания — старший лейтенант милиции;
— по ч. 3 ст. 158 УК РФ к 4 годам лишения свободы, без штрафа;
— по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к отбытию Э. назначено 11 лет лишения свободы, без штрафа, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности, связанные с охранными функциями, властно-распорядительными полномочиями и заниматься аналогичной деятельностью в государственных, муниципальных организациях и предприятиях любой формы собственности сроком на 1 год, с лишением его специального звания — старший лейтенант милиции на основании ст. 48 УК РФ.
Срок наказания исчислен с 6 мая 2006 года.
По делу разрешены гражданские иски и решена судьба вещественных доказательств.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 сентября 2007 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Московского городского суда от 2 ноября 2007 года отказано в удовлетворении надзорной жалобы адвоката в защиту осужденного Э. о пересмотре указанных судебных решений.

В надзорной жалобе адвокат выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями, считает их незаконными, необоснованными и подлежащими отмене в связи с тем, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Указывает на нарушения уголовно-процессуального закона, неправильное его применение к осужденному и слишком строгое наказание, назначенное Э. Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Свиренко О.В., адвоката по доводам надзорной жалобы, мнение Первого заместителя прокурора города Москвы Росинского В.В., полагавшего исключить осуждение Э. по ст. 111 ч. 1 УК РФ как излишне вмененное, назначить по совокупности преступлений осужденному наказание в виде 10 (десяти) лет лишения свободы, без штрафа, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности, связанные с охранными функциями, властно-распорядительными полномочиями и заниматься аналогичной деятельностью в государственных, муниципальных организациях и предприятиях любой формы собственности сроком на 1 год, в остальном приговор и кассационное определение оставить без изменения, обсудив доводы надзорной жалобы, Президиум

согласно приговору Э. признан виновным в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, с применением насилия, с причинением тяжких последствий.

Он же совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Он же совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Он же совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества в крупном размере.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах:

Э., являясь должностным лицом — участковым уполномоченным милиции МОБ ОВД района «Алексеевский» УВД СВАО г. Москвы, имея специальное звание «старший лейтенант милиции», находясь при исполнении своих служебных обязанностей, 11 апреля 2003 года, примерно в 22.30 час., с целью проверки подучетного элемента (лиц, ранее судимых за совершение преступлений) прибыл в коммунальную квартиру 98 дома 10 по улице Павла Корчагина в г. Москве. Находясь в вышеуказанной квартире, Э. постучал в дверь одной из комнат, в которой проживал ранее судимый Г., а после того, как Г. открыл дверь комнаты, он (Э.) беспричинно, имея умысел, направленный на причинение телесных повреждений Г., нарушая требования статьи 13 Закона РФ «О милиции» от 18 апреля 1991 года N 1026-1, регламентирующей основания и порядок применения сотрудниками милиции физической силы, толкнул последнего руками в область груди. В результате этого Г. упал на пол комнаты, после чего Э. нанес лежавшему на полу Г. несколько ударов ногами в область туловища, нанес ему несколько ударов кулаками в область лица и несколько раз ударил его коленом в область живота. Г., желая избежать дальнейшего избиения, выбежал в коридор вышеуказанной квартиры, где его настиг Э., который, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение Г. телесных повреждений, нанес ему еще несколько ударов кулаками в область лица и покинул вышеуказанную квартиру. Своими противоправными действиями он (Э.) причинил Г. следующие телесные повреждения: тупую травму живота (разрыв большого сальника, разрыв капсулы печени, разрыв брызжейки тонкой кишки, гематому брыжейки тонкой кишки), осложнившуюся внутрибрюшным кровотечением и относящуюся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и повлекшую тяжкие последствия; гематомы в области лица, не причинившие вред здоровью.

Так же Э. в период времени с 11.00 час. 19 июля 2003 года до 13.00 час. 21 июля 2003 года, имея умысел на хищение чужого имущества, находясь в квартире 104 корпуса 5 дома 1 по Сиреневому бульвару в гор. Москве, в которой он временно проживал с согласия собственника — Б., тайно похитил из нее принадлежащие последнему, а также его жене — Б.В. предметы и ценности: телевизор марки «Сони» стоимостью 20000 рублей; телевизор марки «Шарп» стоимостью 4000 рублей; видеомагнитофон марки «Сони» стоимостью 6500 рублей; пылесос марки «Эвго» стоимостью 4000 рублей; электрокипятильник марки «Тефаль», не представляющий материальной ценности; музыкальный центр «Сони» стоимостью 6500 рублей; радиоприемник марки «Панасоник» стоимостью 600 рублей; мужские туфли стоимостью 1000 рублей; электробритву марки «Браун» стоимостью 1200 рублей; два махровых пледа общей стоимостью 700 рублей; кастрюлю из нержавеющей стали и сковороду общей стоимостью 800 рублей; швейцарские наручные часы стоимостью 5000 рублей; денежные средства в сумме 3000 рублей. Своими действиями Э. причинил Б. и Б.В. значительный материальный ущерб на общую сумму 53300 рублей.

Э. 23 марта 2006 года, в период времени с 11 до 12 часов, имея умысел на хищение чужого имущества, находясь в торговом павильоне В-3-9 (Торговый центр «Щелково»), расположенном по адресу: г. Москва, Щелковское шоссе, д. 100, в котором он работал продавцом без оформления трудового соглашения с ПБОЮЛ «Сергеев О.И.», тайно похитил спортивную сумку, располагавшуюся в подсобном помещении, в которой находились принадлежавшие С. мобильные телефонные аппараты в количестве 18 штук, а также неустановленное количество карт экспресс-оплаты мобильной связи общей стоимостью 15500 руб., и контракт оператора мобильной связи «Скайлинк» стоимостью 2200 руб., хранившиеся в помещении вышеуказанного торгового павильона. Таким образом, своими действиями он (Э.) причинил С. материальный ущерб в крупном размере на общую сумму 296893 руб. 88 коп.

В судебном заседании Э. виновным себя признал частично в совершении кражи имущества Б. и Б.В., в совершении преступлений в отношении Г. и кражи имущества потерпевшего С. не признал.

Вывод суда о виновности Э. в совершении преступлений соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают: показаниями потерпевших Г., Б. и Б.В., С., показаниями свидетелей Николаева В.А., Морозовых Н.В. и В.М., Снагновского В.М., Ющенко Л.Л., Бурмистрова В.А., Астафьевой (Сингуровой) Н.В., Сергеевой О.И., заключениями судебно-медицинских и судебно-биологических экспертиз, протоколами следственных действий, другими материалами дела.

Противоречий по обстоятельствам, имеющим значение для выводов о виновности либо невиновности Э., показания не содержат.

Утверждение в надзорной жалобе защиты о наличии существенных противоречий в показаниях потерпевшего Г. не основаны на материалах уголовного дела и противоречат им. Из показаний потерпевшего следует, что он последовательно указывал, что до прихода к нему в квартиру Э. он был здоров, Э. же избил его, и после его ухода он вызвал скорую помощь и был госпитализирован. В своих показаниях на очной ставке с Э. потерпевший действительно пояснил, что Э. ранее не видел и не знает, эти показания были оглашены и исследованы судом, при этом потерпевший суду пояснил, что опасался Э., раны, им нанесенные, еще не зажили, и категорически подтвердил, что бил его именно Э. Время совершения преступления в отношении потерпевшего Г. судом достоверно установлено показаниями свидетелей и данными медицинских документов.

Ходатайство о проведении потерпевшему судебно-психиатрической экспертизы разрешено судом надлежащим образом и судебное решение надлежащим образом мотивировано.

Показания свидетеля Николаева В.А., данные им в судебном заседании, не противоречат обстоятельствам дела, как они установлены судом.

Показания свидетелей Морозова Н.В. и Морозовой О.Н., оглашенные и исследованные судом, изложены в приговоре в полном соответствии с данными протоколов их допросов в ходе предварительного следствия (л.д. 87 — 89, 91 — 93 т. 1), из которых усматривается, что Г. последние два месяца перед инцидентом с Э. спиртное не употреблял, 10 апреля 2003 года он был трезвым и без каких-либо видимых телесных повреждений.

Заключение судебно-медицинской экспертизы о характере, степени тяжести и механизме образования телесных повреждений у потерпевшего Г. сомнений в достоверности не вызывает, и нарушений норм УПК РФ при его проведении не установлено.

По эпизоду кражи у потерпевших Б. у суда не имелось оснований не доверять подробным показаниям каждого из потерпевших о количестве и стоимости похищенных вещей. С учетом их стоимости и имущественного положения потерпевших — пенсионеров действия обоснованно квалифицированы как причинившие значительный ущерб.

По эпизоду хищения имущества потерпевшего С. суд тщательно проанализировал перечисленные с приговоре доказательства и пришел к обоснованному выводу о том, что кража телефонов совершена именно Э.

Ходатайство о вызове дополнительных свидетелей судом рассмотрено и по нему принято соответствующее решение.

Исследованными судом доказательствами установлено, что ключи от торгового павильона где работал Э., устроившийся продавцом к С. по чужому паспорту и представившийся другим именем, находились только у С. и Э., Э. постоянно интересовался, когда будут привезены новые дорогие сотовые телефоны, и именно он утром в день пропажи телефонов находился около торгового центра и затем ушел со своего рабочего места. Накануне, когда С. привез телефоны, Э. с работы уходил последним. В судебном заседании потерпевший С. подтвердил, что ни у кого кроме него и Э. ключей от павильона, где работал Э., не было, Э. в его — С., присутствии, устроившись работать в павильон, сделал второй экземпляр с его — С., ключа.

Ссылка в надзорной жалобе на наличие сигнализации в павильоне противоречит материалам дела, поскольку, как пояснил потерпевший, дверь опечатывается, сигнализации нет. Когда работник приходит на работу, он записывается в журнале у охраны.

Утверждение защиты в надзорной жалобе о том, что товарные накладные и счет не были исследованы судом, противоречит протоколу судебного заседания, согласно которому эти доказательства исследовались, причем товарная накладная — по ходатайству адвоката (т. 3 л.д. 217).

Тщательно и всесторонне исследовав собранные по делу доказательства и дав им надлежащую оценку, суд правильно постановил обвинительный приговор.

Действия Э. судом правильно квалифицированы по ст. ст. 286 ч. 3 п. п. «а», «в», 158 ч. 2 п. «в», 158 ч. 3 УК РФ.

Вместе с тем вывод о юридической квалификации действий Э. по ч. 1 ст. 111 УК РФ сделан судом без полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, в том числе о том, что как видно из материалов уголовного дела и установлено судом, осужденный превысил свои должностные полномочия, применив насилие к потерпевшему, нанеся ему удары ногами в область туловища, кулаками в область лица и коленом в область живота. Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, одни и те же действия Э. квалифицированы и как превышение должностных обязанностей, и как причинение тяжкого вреда здоровью, хотя п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ предусматривает наступление тяжких последствий в результате превышения лицом должностных полномочий и дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 111 УК РФ не требуется. Эти обстоятельства не были учтены судом, хотя имеют существенное значение для выводов суда о юридической квалификации содеянного. В связи с изложенным в состоявшиеся судебные решения должны быть внесены необходимые изменения, то есть осуждение Э. по ч. 1 ст. 111 УК РФ подлежит исключению из состоявшихся судебных решений как излишне вмененное.

Наказание, назначенное осужденному по п. п. «а», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, по ч. 3 ст. 158 УК РФ и по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ соответствует требованиям ст. 60 УК РФ, соразмерно тяжести содеянного и является справедливым. Судом при назначении наказания учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительная характеристика его по месту жительства и отрицательная по месту работы, частичное признание вины по эпизоду кражи имущества Браженко. Вывод о возможности достижения целей наказания только в условиях изоляции Э. от общества в судебном решении мотивирован и является справедливым. Цели исправления и перевоспитания осужденного могут быть достигнуты только в условиях изоляции его от общества, на срок в пределах санкции статьи за совершенное преступление, так как каких-либо исключительных обстоятельств в понимании ст. 64 УК РФ по делу нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 407, 408 УПК РФ, Президиум

надзорную жалобу адвоката удовлетворить частично.
Приговор Останкинского районного суда г. Москвы от 7 июня 2007 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 сентября 2007 года в отношении Э. — изменить:
исключить осуждение Э. по ч. 1 ст. 111 УК РФ как излишне вмененное.

В части осуждения Э. по п. п. «а», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, по ч. 3 ст. 158 УК РФ и по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и назначенным по ним мерам наказания судебные решения оставить без изменения.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. п. «а», «в» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 158 и п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно к отбытию назначить Э. наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы, без штрафа, с лишением права занимать должности, связанные с охранными функциями, властно-распорядительными полномочиями и заниматься аналогичной деятельностью в государственных, муниципальных организациях и предприятиях любой формы собственности сроком на 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор и кассационное определение оставить без изменения.

Еще по теме:

  • Военный комиссариат великого новгорода Военный комиссариат великого новгорода Если Вы наш рекламодатель или Вы уже зарегистрированы, воспользуйтесь формой входа На этот E-Mail придёт письмо с просьбой подтвердить […]
  • Военный комиссариат приозерского района Военный комиссариат приозерского района Если Вы наш рекламодатель или Вы уже зарегистрированы, воспользуйтесь формой входа На этот E-Mail придёт письмо с просьбой подтвердить […]
  • Адвокат пермь алкоголь Адвокат пермь алкоголь Если Вы наш рекламодатель или Вы уже зарегистрированы, воспользуйтесь формой входа На этот E-Mail придёт письмо с просьбой подтвердить регистрацию. От 6 до 20 […]
  • Лениногорский военный комиссариат Лениногорский военный комиссариат Если Вы наш рекламодатель или Вы уже зарегистрированы, воспользуйтесь формой входа На этот E-Mail придёт письмо с просьбой подтвердить регистрацию. От 6 […]
  • Военный комиссариат ярковского района Военный комиссариат ярковского района Если Вы наш рекламодатель или Вы уже зарегистрированы, воспользуйтесь формой входа На этот E-Mail придёт письмо с просьбой подтвердить регистрацию. От […]
  • 21 квартира магазин хабаровск 21 квартира магазин хабаровск Если Вы наш рекламодатель или Вы уже зарегистрированы, воспользуйтесь формой входа На этот E-Mail придёт письмо с просьбой подтвердить регистрацию. От 6 до 20 […]
  • Псковский областной военный комиссариат официальный сайт Псковский областной военный комиссариат официальный сайт Если Вы наш рекламодатель или Вы уже зарегистрированы, воспользуйтесь формой входа На этот E-Mail придёт письмо с просьбой […]
  • Материальная помощь работникам при усн Материальная помощь работникам при усн опубликовано: № 41 (951) - октябрь 2010, добавлено: 13.10.2010 комментарии Тематики: Упрощенная система налогообложения Показано только начало […]
Рубрики: Статьи